Журнал «Пульс»


image

ВИКТОРИЯ ВЕТРОВА: «Я НЕ ВЕТРЕНА»


Серые глаза, мокрые от слез.
Некуда бежать, некуда идти…

Так начинается одно из стихотворений Виктории Ветровой. Наверное, это о ней самой. Глубокие серо-голубые глаза, грустные, даже когда она улыбается. Пшеничные волосы развеваются по ветру. Мужчины оборачиваются и смотрят вслед, а она уходит, точно растворяется в тумане…


— Как ты начала писать стихи?


— В девять лет меня везли домой из больницы, после общего наркоза. От него тяжело отходят. И вот в таком состоянии мне пришли в голову какие-то строчки. Дома я их записала. По стихосложению они были никакие, по теме, для того возраста, очень сильные.

Кстати, хочу обратить внимание, что есть поэтесса моя тезка – Вика Ветрова, о которой не так давно довольно много говорили как о ребенке – вундеркинде, начавшем писать взрослые стихи с четырех лет (видимо, раньше, чем узнала алфавит и научилась читать). Поэтесса Вика Ветрова и поэт-песенник Виктория Ветрова – два разных человека. Мы не только не родственники, я, если честно, даже никогда не читала ее стихи.


— Твои стихи публиковались в прессе, известны песни на твои слова. А как насчет поэтического сборника?


— Это в ближайших планах. По сути, он готов, то есть стихи отобраны – осталось издать, ну а на это, как и на все сейчас, нужны деньги. Поэтому пока вышел (и это я считаю своей победой!) авторский магнитоальбом «Чужая невеста».


— На какую аудиторию он рассчитан?


— В нем собраны песни для людей самых разных возрастов. Думаю, прежде всего для старшего поколения поют народные артисты Ярослав Евдокимов и Екатерина Шаврина, для тех, кто помоложе, — Игорь Наджиев, который сейчас на подъеме, Владимир Шурочкин, писавший песни для «Ласкового мая» (думаю, его будет интересно послушать, потому что «Ласковый май» помнят очень многие). Словом, все исполнители достаточно известны, кроме, пожалуй, Кристины – молодой начинающей и талантливой певицы.


— Что для тебя самой значит этот альбом?


— На его вкладыше есть такое откровение: «Песни, которые вошли в этот сборник, своеобразный итог в жизни и творчестве. Каждая из них – частичка меня, моей души, моей боли, тоски, радости и, конечно, надежды».


— Чуть раньше ты назвала себя поэтом-песенником, но пишешь ведь и стихи, не предназначенные для последующего превращения их в песни. Или между стихами и текстами песен нет различий?


— Конечно, есть. В стихотворении открываешь душу. Можешь писать все, что думаешь, — лист, два, три. А в песне не более восьми строчек куплет (при этом куплетов лучше писать не больше двух, иначе песня окажется дольше трех с половиной минут и ее не пустят в эфир) и восемь строчек припев. В эти считанные строки надо уместить смысл!


— Извини, но, наверное, не только в количестве строк дело…


— Безусловно. Не каждый сегодняшний текст, исполняемый под музыку, язык повернется назвать стихами.


— Послушав твой альбом, могу утверждать, что в песнях ощущаются не выдуманные, а настоящие, без пошлости, чувства, переживания. Сейчас это не часто встречается, недаром отечественную попсу периодически награждают эпитетом – низкопробная.


— На эстраде много плохих и средненьких песен. Но поскольку их кому-то очень надо раскрутить, то зачастую именно они и звучат наиболее часто. Наверное, если кто-то выглядит умнее, другие чувствуют себя плохо. Плохие песни, конечно, есть, причем не только у нас, но и на западе, но это не основание утверждать, что вся попса низкопробная. Я сама пишу тексты в русле популярной музыки, мне это занятие нравится. Что же касается других поэтов-песенников, не мне их судить.


— Почему ты так долго не появлялась в музыкальных кругах?


— На несколько лет пришлось отказаться от серьезной работы в связи с семейными проблемами…


— Как я знаю, сначала ты писала просто стихи, а как и когда тебе пришла мысль писать тексты песен?


— Я сейчас точно не отвечу на этот вопрос. В 19.. году, когда я только появилась в музыкальной тусовке, познакомилась с Ярославом Евдокимовым. Он посмотрел мои стихи, они ему понравились. Говорит: «Я их беру, звони мне в Минск, будем писать песни». Ты представляешь себе, связь Москва – Минск и песни по телефону?! Вот и я не представляю. Прошло какое-то время, он опять приехал в Москву. Мы снова встретились, и он опять предложил звонить в Минск… А потом я на несколько лет исчезаю, и, естественно, обо мне забывают.


— Как прошло возвращение? Тому уж скоро год.


— Возвращение всегда тяжелее, чем начало, потому что прерваны какие-то налаженные связи. Но мне повезло. Меня сразу познакомили с композитором Виталием Окороковым. В то время он писал альбомы для Евдокимова и Шавриной. Вот уж, что называется, пути Господни неисповедимы. Виталий предложил сотрудничество, и я написала несколько песен для Евдокимова. А когда он пришел в студию и увидел там меня, несколько задумчиво сказал: «Я тебя уже где-то видел». И я напомнила ему только что рассказанную историю.

Одна из наших первых совместных песен – «Горе – не горе» — часто звучит по радио, ею Ярослав закрывает свои сольные концерты. Дальше – больше. Были новые знакомства с интересными людьми, новые песни, которые можно услышать в альбоме – первом, но, надеюсь, не последнем.

— Вика, помимо стихов, песен, работы, в жизни есть какое-то увлечение?


— Обожаю игрушки всякие – и большие пушистые, и совсем крохотные, и куклы. Мне задают вопрос: «Ты что, маленькая?» Но ведь это же не возрастное! Если в жизни есть какой-то пробел, его обязательно надо чем-то заполнить. А так как я много времени отдаю творчеству и пробиванию головой стен в шоу-бизнесе, то эти пробелы в чем-то существуют. И вторая моя любовь – это моя собака Агата. Мама была против нее. А когда я была маленькая, у меня кто только ни жил: и цыплята, и рыбки, и черепахи, и ежики. Но собачку подарили три года назад младшему брату, а когда она подросла, показала свои «вокальные способности». Если я показываю кому-то песню и под музыкальную фонограмму начинаю петь, Агата моментально прибегает, где бы ни была, садится и начинает подпевать. Теперь это любимица дома.


— Изменилось ли что-то в твоей жизни после выхода этого альбома?


— Выпуск первого авторского альбома расставил все точки над «i». Произошли странные изменения: я вроде бы осталась прежней, но некоторые люди заметно изменили ко мне отношение. Порой такие проекты дают понять, кто есть кто. Я на личном опыте почувствовала, что такое лицемерие и зависть, напускное внимание и неискренние восторги.

К сожалению, мир шоу-бизнеса изнутри не всегда так блестящ, как это может казаться со стороны. Люди – везде и всегда люди, со всеми присущими нам достоинствами и недостатками. Когда из человека начинают «делать» звезду, говорить, что он гениальный, не такой, как все, он постепенно привыкает. Это развращает, пропадает и собственное мнение, появляется зависимость от окружения, и в то же время – обратное: человек становится нетерпим к чужому мнению, не слышит малейших замечаний в свой адрес, перестает различать черное и белое. Ложь и лицемерие становятся более удобными, чем дружба и правда.


… Он стал звездой, и в ореоле славы,
Лишь лестью приближенных окружен…

— Ты почувствовала это не себе и каковы были твои ответные действия?


— Я почувствовала это вовремя. Зная, что подобное «внимание» затягивает, я поспешила изолировать себя от многих людей. Такие псевдодрузья, как правило, предают, отворачиваются, уходят в самые трудные для тебя периоды, то есть когда нужны помощь и поддержка. А я не хочу, чтобы меня предавали, и сама стараюсь быть честной.

Рядом остались настоящие друзья, которые могут в глаза сказать: «Вика, что за дерьмо ты написала?» — если им это не нравится. Или по жизни: «Да ладно, ты сама виновата…» Поэтому, когда они говорят: «Вот это класс! Прочитай еще!» — значит, это действительно класс.


— Среди написанных тобой у самой есть любимые песни?


— Я люблю их все, но последние «Чужая невеста» в исполнении Наджиева и «Уходя – уходи!» — Кристины чуть больше. Сначала они задумывались просто как стихи. Потом я дописала припевы, и получились песни. Из стихотворения «Раненое счастье» получилась песня «Вечер, «Кэмел», кофе», которую поет Андрей Зубков.

Песня «Любовь и ложь» Евдокимова очень подходит к ситуациям из жизни многих людей, наверное, поэтому ее так любят слушатели. А «Гармошка за городом» Феликса Царикати написана в фольклорном стиле. Вот эти песни, пожалуй, мои самые любимые.


— С кем ты работаешь сейчас? Есть ли любимые композиторы, исполнители?


— Тексты песен – это не только для души, они одновременно и моя работа. Порой приходится писать на заказ. Но если мне человек не интересен, не нравится тембр его голоса или предлагаемая музыка, я не буду с ним работать ни за какие деньги. В основном стараюсь находить людей, близких по духу, с которыми приятно общаться, увлеченных своим делом, искренних и талантливых.

Нравится работать с композитором и исполнителем Андреем Косинским, широко известным и уважаемым в музыкальных кругах. Я растворяюсь в его музыке. Она затягивает, завораживает – и получаются интересные песни.

Одна из наших совместных с ним работ – «Розы», написанная для Алены Апиной. Наблюдая за работой певицы в студии, я поняла, что Алена – откровенный, думающий человек. Она продумывает каждую строчку, подбирает интонацию, манеру подачи. (Далеко не все исполнители так серьезно относятся к тексту и музыке. Мол, и так сойдет). Я очень довольна тем, как в итоге получилась песня.

Очень хорошо отношусь к Евгению Кемеровскому. Мне нравятся его песни, показываемые сейчас по ТВ. Послушала его альбом – все искренне, честно, от сердца. Женя и в жизни такой. В нем нет фальши. Кстати, сам он пишет сильные, красивые стихи.

Давно дружу и с удовольствием сотрудничаю с композиторами Андреем Зубковым и Андреем Мисаиловым, с певицей Светланой Русской.


— А о чем ты пишешь сейчас, кроме любви?


— У меня много так называемых социальных стихов. Но если честно, я устала от боли, я уже просто задыхаюсь от нее. Боль за то, что наши мальчики погибают непонятно за что. Я не писала стихов о Чечне и не хочу! Я вообще стараюсь телевизор не включать. Знаю, что там происходит, но стараюсь как-то оградить себя от этого. На каком-то этапе этого можно не вынести.


— Вика, мы все о работе и о работе. Но ты – молодая, красивая девушка – сотрудничаешь с таким количеством мужчин. Многие из них, наверное, увлечены тобой не только как поэтом?


— Искренне отвечу на твой вопрос, сказав, что хорошо отношусь к людям, с которыми работаю, уважаю их, подчас очень переживаю, если у них случаются неприятности… С большинством у нас доверительные, дружеские отношения. Но не более. Личная жизнь и работа – разные вещи. И если женщина общается с мужчиной, вовсе не значит, что она обязательно имеет на него какие-то виды, собственно, как и он на нее. Я не ветрена, наоборот, в плане личных взаимоотношений достаточно консервативна и считаю, что сердце, душа, тепло, ласка, понимание, забота и любовь могут быть отданы только одному человеку. От добра добра не ищут. И мне жаль тех, кто этого не понимает.


image

Наталья КОНЫГИНА


P.S. В статье были опубликованы также стихотворения Виктории В. Ветровой «Поэты больны стихами», «Я устала терять», «Грустная симфония», «Колокола». Мы не приводим их здесь, так как вы можете прочитать их в разделе сайта «Стихи».